Никитина Антонина Петровна родилась в ноябре 1921 года в поселке им. Морозова Всеволожского района Ленинградской области. Эвакуирована в марте 1942 года в Красноярский край, работала в средней школе поселка Шало.
Семья наша состояла из семи человек (отец, мать и пятеро детей). Отец умер в 1938 году. В 1940 году я окончила среднюю школу и поступила в университет, но учиться не пришлось. В семье я была старшей и пошла работать на секретный пороховой завод, чтобы помочь больной матери воспитывать и содержать детей.Началась война, а 8 сентября 1941 года немцы заняли Шлиссельбург, и Ленинград оказался в блокаде. Мы жили напротив Шлиссельбурга, на противоположном берегу Невы.
Около нашего окна стояла зенитка, из нее обстреливали вражескую авиацию. Прилетали немецкие самолеты и разбрасывали листовки (пропуска), чтобы мы переходили на их сторону, а с берега немцы кричали в рупор: «Рус, сдавайся! Переходите на нашу сторону. У нас будете кушать колбасу». На берегу Невы в Шлиссельбурге видны были виселицы, на которых вешали советских людей.
Вскоре часть нашего завода эвакуировали в Пермь, а остальное перевезли в Ленинград на Охтинский химический комбинат, куда перевелась и я. Жила в казарме. Была зачислена в команду ПВО. Брата зачислили в истребительный батальон, но вскоре отчислили, как несовершеннолетнего.
Когда начиналась воздушная тревога, все бежали в бомбоубежище, а мы - на свой пост. На крыше многоэтажного дома была будка, где находились телефон и бинокль. Мы сообщали в штаб ПВО, откуда и куда направляются немецкие самолеты, мы их определяли по звуку.
Тревоги были частые: днем и ночью.
В любое время суток нас по тревоге поднимали и отправляли на участки, пострадавшие от бомбежек и артобстрелов, разбирать завалы, помогать пострадавшим, отправлять раненых в больницы, освобождать погибших из развалин и собирать оставшихся без родителей детей, чтобы отправлять их в детприемники.
